Какой-то кузнец справился в лесу кузню, вдалеке от проезжих дорог, где никто не мог вызнать, и в ней плавил и сваривал металлические обноски и куски, годные для поковки И вот из лесной кузни пошли получаться копья и сабли Им навевали изломанные пищали, застарелые самострелы и они все бегло починяли Действовали так несколько дней, а за это время крестьяне для них пригоняли дворянский скот и грузили обоз хлебом.вот из-под Порхова потянулся обоз Хованский послал сюда же стрельцов и дворян подразделениями человек по пятьдесят промыслить кормов у крестьян Стрельцы Хованского наезжали на деревенские дворы и отбирали завершительных коров и завершительный хлеб у крестьян, не трогая дворянских поместий. Ограбленные крестьяне злобились еще дольше и уходили в леса Иванка ждал, что можно столкнуться с засадой, и потому он или Кузя выбывали в дозор. Их охраняли крестьяне, вооруженные пиками и самострелами Обоз шел медленно крестьяне вели его по дурно проезжим лесным дорогам, дабы не встретиться с неином Они шли уже трое суток. Еще сутки и дома. Тут-то как раз и застали они казаков Сейчас надобнобно имелось упредить Гаврилу о приближении лужского войска. Одним крестьянам, без реабилитации из Пскова, без бывалых ратных людей, имелось не совлавывыдать с ними Заниматься Пантелеймоновский монастырь псковитянами, установить на его башнях городские пушки и дать купить отпор приближающимся войскам вот что имелось надо изготовить немедленно.во время боя крестьяне напали бы на казаков с тылу и прорвались бы в город, где им распахнут Знаменитые ворота Печеренин расставил сторожей караулить деревенский стан, и неожиданно караульные поздно ночью привели еще монаха. Услыхав голоса, вспрыгнул и Иванка Караульный держал собственную ночную добычу за шиворот добротной рукой.
Монах вращал шеей, выкладываясь освободиться Веди сюда, приказал Печеренин от костра Какого монастыря спросил он монаха Святого Пантелеймона-целителя Пошто ночью шатаешься Архимандрит послал, ответил ионах, и Иванка увидел, как незаметно, за спиной, он кинул что-то в костер Куда ты в пламя Сгорит крикнул Иванка, выхватив из огня письмо. Руку пожег из-за тебя укорил он монаха Раздень его да пошарь нет ли еще писем, велел Павел крестьянам Монах завизжал. Один из крестьян разозлился и стукнул его по шее Не вой крикнул он Иванка прочитал письмо. Оно имелось от архимандрита Пантелеймоновского монастыря заонежскому голове Степану Елагину. Архимандрит сообщал, что грабителей в ferrari монастыре нет, и когда солдаты обойдут Псков, повернув по левой дороге, не доходя Любятинского монастыря, то в Пантелеймоновском сумеют сохраниться и без помехи держать переправу сквозь Великую, дабы охватить Псков кольцом Со всех сторон прут напасти Кратко с Луги, сейчас заонежские вскрикнул Печеренин. Выходит нам от Пскова подале надо, а мы сами волку в пасть лезем Псков ваша крестьянска опора, возразил Иванка. Задавят Псков, то и вас задавят. Помогайте, браты, гражданам И Иванка не был решителен в том, что актуальнее скакать ли во Псков со предположительной вестью к Гавриле или сохраниться здесь, у крестьян. Он боялся, что без него Павел Печеренин уведет крестьян ото Пскова. Но все же надо имелось поехать.
